Еще недавно тарифы были одним из главных источников роста доходов американского бюджета.
Теперь ситуация выглядит почти противоположно.
В июле 2026 года американская казна получилаотрицательный чистый результат по таможенным сборам: вместо поступлений бюджет столкнулся с крупными выплатами по возвратам. Reuters сообщает, что только за июль чистый отток по customs duties составил около$8,55 млрд. Причина — масштабные возвраты импортерам после решения Верховного суда по тарифам, введенным в 2025 году.
И здесь возникает неудобный вопрос:
если государство возвращает бизнесу деньги, которые компании ранее заплатили в виде тарифов, почему цены в магазинах не возвращаются на прежний уровень?
Ответ гораздо интереснее самого графика.
От $5–8 млрд до отрицательных поступлений
Если посмотреть на динамику таможенных сборов США, контраст практически невозможно не заметить.
В 2020–2024 годах ежемесячные поступления в основном находились в районе$5–8 млрд. Затем начался резкий рост.
На пике ежемесячные сборы приблизились к$31 млрд.
После этого график развернулся настолько резко, что в 2026 году столбцы уже ушли ниже нулевой отметки.
На первый взгляд это можно принять за простую историю:
тарифы ввели → бюджет получил больше денег → тарифы отменили → поступления исчезли.
Но в реальности произошло нечто более сложное.
Отрицательные значения означают не то, что американские компании вдруг перестали платить любые таможенные сборы. Они отражают ситуацию, когдавозвраты по ранее уплаченным пошлинам превышают текущие поступления.
И именно здесь начинается главная часть истории.
Тариф — это не счет для иностранного государства
Одна из самых распространенных ошибок в разговоре о тарифах — представлять их как деньги, которые иностранный производитель просто переводит американскому правительству.
На практике тариф взимается при импорте товара в США.
Платит его американский импортер либо сторона, ответственная за таможенное оформление. Дальше компания уже решает, как распределить дополнительную стоимость.
Есть несколько вариантов:
принять часть расходов на себя;
сократить маржу;
договориться с поставщиком о снижении цены;
заменить поставщика;
повысить оптовую цену;
переложить издержки на конечного покупателя.
На практике значительная часть тарифной нагрузки действительно дошла до потребителей.
Исследование Федеральной резервной системы, опубликованное в 2026 году, показало, что тарифы 2025 года постепенно переносились в потребительские цены. По оценке исследователей, к февралю 2026 года они подняли цены на базовые товары примерно на3,1%, а базовую инфляцию в целом — примерно на0,8 процентного пункта. Исследователи также пришли к выводу, что перенос тарифных издержек в цены к этому моменту был фактически завершен.
То есть схема оказалась значительно проще, чем обещание «заплатят иностранцы»:
тариф → рост себестоимости → повышение цены → потребитель.
Но теперь появляется второй вопрос.
Что происходит, когда тариф отменяют?
Представим простой пример.
Компания импортировала товар за $100.
После введения тарифа ее стоимость выросла, условно, до $120. Чтобы сохранить экономику бизнеса, компания подняла цену для покупателя.
Через некоторое время тариф отменяется.
Себестоимость снова снижается.
Но цена в магазине вовсе не обязана автоматически вернуться со $120 к $100.
Почему?
Потому что цена — это не бухгалтерская формула «себестоимость плюс тариф».
Она зависит от спроса, конкуренции, запасов, зарплат, логистики, аренды, маркетинга и — что особенно важно — от того,какую цену рынок уже готов платить.
Если покупатель продолжает покупать товар по новой цене, у компании нет автоматической экономической причины немедленно возвращать старую цену.
Именно поэтому снижение инфляции и снижение уровня цен — совершенно разные процессы.
Инфляция может замедлиться. Цены — нет
Это один из самых важных моментов для понимания всей истории.
Допустим, товар стоил $100.
После тарифного шока он подорожал до $110.
Затем тариф отменили, но цена осталась на $110.
Инфляция в этот момент перестает ускоряться.
Но сам товар остаетсяна 10% дороже, чем до тарифного шока.
Именно поэтому борьба с инфляцией не означает автоматического возвращения экономики к прежнему уровню цен.
ФРС уже фиксировала постепенное замедление тарифного воздействия на цены в 2026 году. Но это означает прежде всего ослаблениетемпа роста, а не массовое возвращение цен к уровням до введения тарифов.
Получается парадокс:
тариф исчезает из текущих расходов, но его след может остаться в цене товара.
А теперь самое интересное: куда уходят возвраты?
После решения Верховного суда США в феврале 2026 года были отменены масштабные тарифы, введенные администрацией Дональда Трампа в рамках чрезвычайных полномочий по IEEPA. Суд признал, что президент превысил предоставленные законом полномочия.
После этого начался процесс возврата ранее уплаченных средств импортерам.
И суммы оказались огромными.
По данным, опубликованным в августе 2026 года, CBP уже обрабатывала сотни тысяч заявок на возврат, а общий объем заявленных возвратов исчислялся десятками миллиардов долларов. Крупнейшие американские компании начали отражать эти деньги в финансовых результатах.
И здесь возникает парадокс:
потребитель мог заплатить более высокую цену в 2025 году, а возврат в 2026 году получает не он, а импортер.
Юридически это объяснимо: именно импортер платил таможенную пошлину государству.
Экономически ситуация гораздо интереснее.
Получит ли потребитель свои деньги обратно?
Не обязательно.
Некоторые компании действительно планируют направлять часть возвратов клиентам через снижение цен или прямые компенсации. Например, ряд крупных ритейлеров и перевозчиков уже рассматривал возвраты как способ частично компенсировать тарифную нагрузку для покупателей.
Но универсального механизма, который заставляет компанию вернуть покупателю всю разницу, не существует.
Поэтому возможны сразу несколько сценариев.
Сценарий №1 — снижение цен.
Компания получает возврат и передает часть выгоды покупателю.
Сценарий №2 — восстановление маржи.
Компания уже подняла цены, а возврат снижает ее издержки. В результате прибыль растет.
Сценарий №3 — комбинация.
Часть возврата остается у бизнеса, часть используется для скидок и удержания покупателей.
Именно третий сценарий может оказаться наиболее реалистичным для многих компаний.
Почему это важно для корпоративных прибылей
Возврат тарифа — это не просто строка в государственных счетах.
Для бизнеса он может стать неожиданным финансовым бонусом.
Если компания уже адаптировала цены к новой структуре издержек, а затем получает обратно часть ранее уплаченных тарифов, ее финансовый результат может улучшиться.
И это уже отражается на прибыли.
В августе 2026 года сообщалось, что более 40 компаний из S&P 500 уже раскрыли около$9,6 млрд тарифных возвратов, включая около $2,1 млрд полученных наличными. Среди крупных получателей назывались Apple, Nike, FedEx, Amazon и GM.
Получается необычная последовательность:
потребитель оплачивает более высокую цену → компания получает тарифный возврат → государство фиксирует отрицательные таможенные поступления.
Это не означает, что каждая компания автоматически получает «сверхприбыль». Но механизм действительно способен временно улучшать корпоративную экономику там, где цены уже выросли, а тарифная нагрузка исчезла.
Но есть важная оговорка
Было бы неправильно говорить, чтовся сумма тарифов превратилась в чистую прибыль корпораций.
Компании понесли и другие расходы: логистика, перестройка цепочек поставок, изменение поставщиков, валютные риски, хранение запасов и неопределенность спроса.
Кроме того, часть бизнеса действительно снижает цены или возвращает средства клиентам.
Исследование ФРС показывает и другую сторону истории: рост цен из-за тарифов сопровождался сокращением расходов домохозяйств примерно на4%в наиболее затронутых категориях. Особенно заметной нагрузка оказалась для домохозяйств с меньшим запасом свободного дохода.
То есть речь идет не только о том, кто получил возврат.
Речь о том,кто нес экономическую нагрузку в момент действия тарифа.
Почему эта история важна для рынков
Для инвесторов здесь есть сразу несколько сигналов.
1. Инфляция
Если тарифный шок действительно постепенно исчезает, это может снижать давление на цены товаров.
Для Федеральной резервной системы это позитивный фактор.
Но если компании сохраняют повышенные цены, снижение инфляции будет происходить медленнее, чем могло бы показаться по отмене тарифов.
2. Прибыли компаний
Возвраты могут временно поддержать прибыль отдельных импортеров и ритейлеров.
Поэтому квартальные результаты компаний, которые получали значительные суммы от CBP, стоит рассматривать с учетом того,какая часть прибыли является операционной, а какая связана с возвратами.
3. Потребительский спрос
Более высокие цены уже изменили поведение покупателей.
Исследование ФРС показывает, что потребители не просто платили больше — они также сокращали покупки и переходили на более дешевые альтернативы.
Если цены останутся повышенными, этот эффект может продолжиться даже после отмены части тарифов.
4. Бюджет США
Отрицательные значения на графике — важный сигнал для американских финансов.
Когда государство рассчитывало на тарифы как на источник доходов, а затем вынуждено возвращать ранее собранные средства, бюджетный эффект меняется на противоположный.
В июле 2026 года именно тарифные возвраты стали одним из факторов слабости доходов бюджета и увеличения дефицита.
Главный парадокс тарифной истории
Тарифная политика должна была решить одну задачу: сделать импорт дороже и изменить экономические стимулы.
Но у нее появился неожиданный второй акт.
Сначала тарифы увеличили стоимость импорта.
Затем бизнес перенес значительную часть этой стоимости в цены.
Потребители начали платить больше.
После этого часть тарифов была отменена по решению суда.
А государство теперь возвращает импортерам деньги, которые были собраны ранее.
При этомцены не обязаны возвращаться к исходному уровню.
Именно поэтому график таможенных поступлений США — это не просто график налоговых сборов.
Это визуальная история о том,как стоимость торговой политики может перемещаться между государством, бизнесом и потребителем.
И пока одни смотрят на красные столбцы и видят падение тарифных доходов, рынок должен смотреть глубже:
кто получил возврат, кто сохранил повышенную цену и кто в конечном итоге оплатил первоначальный шок?
Ответ на эти три вопроса может оказаться гораздо важнее самого факта отмены тарифов.
Что это значит для рынка?
Если тарифное давление действительно продолжит ослабевать, главным потенциальным бенефициаром может стать потребительский сектор: снижение издержек способно поддержать спрос и уменьшить инфляционное давление.
Но если компании будут сохранять повышенные цены одновременно с получением возвратов, эффект распределится иначе — через рост маржи и прибыли.
Поэтому в ближайших отчетах компаний и макроэкономической статистике стоит следить не только за самим уровнем инфляции.
Важно смотреть, куда перемещается эффект от тарифов после их отмены: в цены, маржу компаний или обратно к потребителю.
Именно там сейчас находится следующий этап тарифной истории.
